Ренар Холл  - Екатерина Романова

— Не думаю, что этот крест так уже тяжел, — пытаясь выровнять дыхание, сбитое настойчивыми поцелуями, прошептала я. — По слухам, вы самый завидный холостяк державы. Разумеется, после короля.

— Вот как? — улыбнулся он. — Значит, ты приехала в поисках завидного жениха?

— Нет, — возмутилась и хотела вырваться, но эрцгерцог притянул меня обратно и снова поцеловал, сначала в губы, затем под ушком, коснулся языком мочки и прошептал, как змей-искуситель: — И все же?

Говорить, когда тело дрожит от страсти, а поцелуи, ласкающие шею, туманят разум, было невозможно. Я впилась пальчиками в сильные плечи и пыталась ответить:

— Нет, я… я вас боялась… до дрожи…

— Ты и сейчас дрожишь, — прошептал он, продолжая дарить искушающие ласки, целуя вновь и вновь.

— Да…

— От страха? — он остановился и с улыбкой посмотрел на меня. — Все еще меня боишься?

Такой непривычно светлый, добрый и красивый эрцгерцог меня смутил. Улыбка преобразила его лицо, а сапфировые глаза, искрящиеся восхищением и желанием, заставили от стыда зарыться лицом в его шейный платок. Усмехнувшись, мужчина крепко меня обнял:

— Доверчивое маленькое солнышко, — прошептал он, продолжая прижимать меня к себе. Под спокойную музыку его сердца, окруженная теплом сильных рук и жаром тела, я наблюдала, как стихия за окном успокаивается, а небо, прогоняя тучи, позволяет солнцу выйти на сцену и в полную силу показать Ренар Холлу свою блистательную красоту. Запорошенный снегом пейзаж тут же ответил миллионами сверкающих кристалликов и робкими стуками, которые становились все настойчивей. Я сначала не поняла, но, заметив сорвавшиеся вниз капли, восхищенно воскликнула:

— Капель, — подбежала к окну и с задором ребенка любовалась, как преображается пейзаж. Он превратил черные припорошенные снегом домики жителей в волшебный искрящийся город. — Красота-то какая, посмотрите.

И господин Ренар посмотрел… но не в окно, а на меня:

— Удивительная красота, — согласился мужчина и обнял меня со спины. Мы некоторое время стояли так и любовались видом, но потом я вспомнила о прочитанном в библиотеке пророчестве о последней снежинке.

— Господин Ренар…

— Эдвард, — поправил он. — Когда мы вдвоем, я хочу, чтобы ты обращалась ко мне по имени.

Это хорошо, что его высочество не видел сейчас, как глупо я улыбаюсь, и как сияют от счастья мои глаза.

— А вопрос? Я могу его задать?

— Ответ может оказаться не таким, как ты ожидаешь, — эрцгерцог утратил добрый нрав и ответил с привычной холодностью. Мне было жаль терять атмосферу почти бескрайнего счастья, но были вопросы, которые требовали ответа.

— То пророчество, о последней снежинке. Оно ведь не о вас?

— Это то самое прошлое, которое тягостно. И нет смысла его ворошить.

— Но, раз вы так пылко ищете ответ, — я освободилась из объятий и повернулась лицом к его высочеству, — значит оно не прошлое, а настоящее.

— Нет. Оно не обо мне, — холодно отчеканил эрцгерцог. — Что-то еще терзает ваше любопытство?

— Любопытство? Вы думаете, я слишком любопытна и только?

Взгляд мужчины говорил за себя.

— Я хотела предложить вам свою помощь, только и всего, — нервно ответила я и отошла в другую часть комнаты.

— Чем же вы можете помочь, графиня?

Неужели усмешка? Неужели произошедшее не было искренностью? Как он переменчив.

— Знаете, — гневно выдохнула я. — Раз уж вы сами меня толкали в жемчужный коридор, то наверняка вам известно, что я попала в ту самую комнату, и видела ту девочку, и знаю о ваших злодеяниях.

— Вот как? — холодно, почти со злостью ответил он, медленно и с опаской приближаясь.

— Что, меня вы тоже убьете, как ту несчастную женщину? — сердце дрогнуло. Глаза мага были холодными, пустыми, в них не было больше той боли. В них — бездна…

— Несчастную? — прорычал он. — Несчастную женщину?

— Я видела ее портрет. Сначала в своей комнате, а потом в комнате той девочки…

Осознание произошедшего в замке заставило ужаснуться:

— Вы догадались, не правда ли? — безжизненные сапфировые глаза замерли возле моего лица. Я уже и так прижата к стене — бежать некуда.

— Вы убили ту служанку и поместили ее портрет в комнате с мертвой девочкой… А теперь… теперь Летиция мертва, — на ресницах задрожали слезы, я зажмурилась, уверенная, что сейчас и меня не станет. Сжалась в комочек от страха. Вот эрцгерцог поднял руку и… погладил меня по щеке.

— Глупое наивное дитя, — выдохнул он. — Отправляйся к Гессену и проведи с ним весь день. Можешь взять с собой любые книги или попросить у элементалей… что угодно. Они добудут это для тебя. Пообедаешь с Джаспером, а вечером явишься на бал.

— Но король сказал…

— С королем я разберусь.

— А вы… обедаете с герцогиней?

— Секунду назад боялась принять смерть от этой руки, а сейчас переживает, чьи пальчики она будет с нежностью сжимать, — едко заметил эрцгерцог, бережно сжав мою ладошку и поцеловав на прощанье.

Он посмотрел на меня напоследок, а затем усмехнулся и покинул комнату, оставив меня в растрепанных чувствах. Точно обедает с герцогиней. И как мне все это понимать? От бессилия я закрыла ладошками лицо и прислонилась к стене.

* * *

Не успел эрцгерцог запереть двери, как на него тут же накинулся Джаспер:

— Она в порядке?

— А ты в этом сомневаешься?

Не желая, чтобы графиня вольно или невольно подслушала их разговор, эрцгерцог сотворил элементалей и, оставив их охранять покои девушки, повел племянника за собой в библиотеку.

— Я волнуюсь о Лайнэ.

— Поверь, у тебя полно других поводов для волнения. Ты так быстро освободился?

— Мы с королем все обсудили и сошлись на том, что брута должна быть поймана. Эдвард, я хочу предложить тебе отличный вариант решения проблем. Все останутся довольны.

Оказавшись в библиотеке, эрцгерцог налил в бокалы янтарную жидкость и, протянув один племяннику, опустошил свой:

— Слушаю.

Разглядывая напиток, маг начал:

— Мне удалось убедить его величество, что Лайнэ не совершала убийство, — эрцгерцог едва подавил ироничную ухмылку, прекрасно зная нрав брата и возможности племянника. Король никогда не позволит собой манипулировать или, тем более, убедить себя в чем-то, не пожелай он этого сам. — Мы сошлись на том, что брута должна быть поймана и допрошена. Лайнэ, как маг духа, сможет нам в этом помочь.

— Это все?

— Нет. Раньше мы не знали, как заставить бруту оказаться в нужном нам месте, чтобы захлопнуть ловушку, а теперь знаем.